Слабинский Владимир Юрьевич (dr_slabinsky) wrote,
Слабинский Владимир Юрьевич
dr_slabinsky

Category:

О крепости Любинка и последних битвах чрезпенян.

Оригинал взят у nap1000 в О крепости Любинка и последних битвах чрезпенян.

Здесь я уже выкладывал репортаж о поездке в Тетеров – город, служивший резиденцией или столицей чрезпенянских князей в IX – XII вв. Однако это был далеко не единственный подобный город этих мест. Хотелось бы обратить внимание на крепость, расположенную совсем недалеко от Тетерова. Сегодня это крохотное местечко носит название Берен-Любхин ( Behren – Lübchin ), где первое слово является фамилией немецкого помещика, которому оно когда-то принадлежало, а второе, Любхин,  – немецкая озвучка старинного названия. Зафиксирована и более древняя форма – Lubechinka,  а исходное славянское название было, похоже,  Любинка, Люблинка или что-то похожее.
Разрушение Любинки в 1171 датчанами подробно описал средневековый историк, известный как Саксон Грамматик. В походе против чрезпенян, кроме датского короля Вальдемара I, также принимал участие епископ Абсолон, от которого Саксон и получил эти сведения. Нужно заметить, что за 3 года до этого похода, в 1168г., Вальдемаром и Абсолоном был разрушен легендарный храм Святовита на Арконе и подчинено племя руян. Дорога в глубь материка теперь была открыта, тылу ничего не угрожало, и датчане принялись опустошать ослабевших после распада союза лютичей, южных соседей руян – племя чрезпенян.
К сожалению, не нашёл этого отрывка в русском переводе, так что вынужден переводить с немецкого. При двойном переводе неизбежны некоторые неточности, но, надеюсь, общий смысл от этого не пострадает.

«Король ( Вальдемар I) прибыл (летом 1771г.) на Рюген, где принял решение напасть на земли чрезпенян.  Чрезвычайно сложным препятствием его походу было широкое и вязкое болото, преграждавшее дорогу.  Его поверхность, покрытая тонким слоем растительности, была настолько неустойчива,  что можно было провалиться при каждом шаге в грязную воду болота и вязкую тину, находившуюся под травой. Но другого пути пройти дальше не было. Чтобы преодолеть это препятствие и не позволить себе расслабиться,  рыцари уложили своё оружие и доспехи на коней, которых они, спешившись, стали тянуть за собой. Когда кони начинали проваливаться в болото, они помогали им выбраться; когда же проваливались они сами, то хватались за гривы и таким образом высвобождались. Озёра, встречавшиеся в болоте в большом количестве, они преодолевали на плотах, сооружённых из буковых стволов. Некоторые рыцари проявляли особую доблесть,  идя пешим ходом и сами неся свои доспехи, не желая, полагаясь на свою ловкость, сложить тяжесть. Такой поступок был настолько же славен, насколько и необычен. Кроме того и сами лошади затягивали своими подковами ведущих их всадников , когда пытались высвободиться из затягивающей их топи.  Даже сам король едва перебрался через вязкое болото, раздевшись до нижнего белья и держась за плечи двоих воинов. Редко до сих пор стоили преграды датским силам столько пота. Враги были настолько изумлены переходом через болото, что не считали возможным оказывать сопротивление тем, в ком они видели победивших саму природу. Войско же шло после преодоления такого сложного препятствия, как если бы оно уже победило врага, дальше.
После того как войско прошло необъятные леса, их взорам предстал окружённый судоходным озером город.  Это место было более неприступно за счёт воды, чем мастерства, и имело оборонительный вал только со стороны, соприкасавшейся  с мостом, идущим отсюда к берегу. Чтобы задержать нападавших, князь крепости Отимар приказал разобрать мост до самой поверхности воды, так что остались одни лишь столбы. Они и послужили нашим основой нового моста, и они принялись строить новый путь через озеро из заборов соседней деревни. Когда король приступил к осаде города, так как тот не был защищён стеной,  он приказал снести сюда всё, что  годилось для строительства моста; а Абсолон же был послан с большей частью всадников за добычей.
Жители города, с беспокойством наблюдая за продвижением строительства моста, снесли со всех сторон столбы и построили деревянную башню, чтобы с неё, как с крепости, обороняться от врага, и под защитой этого сооружения стали обстреливать из на скорую руку установленных пращей ( катапульт?) наших, более увлеченных построением моста, чем защитой своих тел. Датчане же начали сражение издалека стрельбой из луков, так ещё не могли подойти ближе.
Отимар, будучи испуган продвижением в строительстве моста, приплывал неоднократно на лодке через озеро к королю, и предлагал мир на разных условиях, в зависимости от того, насколько оживлённо продвигалась работа наших. И тут продвижение моста замедлилось, так как воины знали, что если не будет сражения, то нет нужды возводить и мост.  На мосту же скопилось такое количество вооружённых воинов, что не оставалось места даже передавать нужные для строительства материалы и дерево заборов начали передавать из рук в руки над головами. К тому же ситуация была такой, что дерево поднятое над головами было нужно не только для строительства, но и для защиты. Таким же образом переправляли назад и раненых. После этого мост стали прокладывать с бОльшими промежутками, так как воины более думали о продвижении, чем о надёжности.
И когда мост почти достиг острова, враги, полагаясь частично силу, частично на ловкость, приступили к совершенно новому виду борьбы.  Прикрепив серпы на остриях копий, они принялись вырывать у наших щиты. Иногда, когда у наших не было опоры, они стягивали их крепким рывком с моста или принуждали прыгать в воду. И быстро полегли бы здесь датские силы, лишённые своих щитов, если бы не было найдено противодействие этому напастью. Один из наших, вырвав при помощи деревянного крюка один из серпов и захватывая им другие серпы, лишил противника его оружия.
День был на исходе, когда король, обеспокоенный тем, что приближается ночь и не зная, что ему делать, испугался, что осада может затянуться а мост быть сожжен. И, предвидя такое бедствие,  чтобы не отступать, как побеждённый, с позором, решил прислушаться к предложениям Отимара. Эту малодушную нерешительность исправил Абсолон, только что вернувшийся с огромной добычей, своей остроумной изобретательностью. Пригрозив королю проклятием, если тот будет договариваться с Отимаром без него, а сам отозвав переводчика и приказав ему переводить всё, что скажет варвар о мире, в противоположном смысле сам пришёл к мосту ободрив и разгорячив воинов, решивших, что он явился, чтобы дать команду к наступлению, пообещал им всю добычу. Такое обещание было воинам по душе. После того, как они закончили мост, они отвоевали не только доступ к твёрдой земле острова, но и верхушку башни, нападая по лестницам и убивая тех, кто оказывал сопротивление.
Тут один из датских рыцарей, Херберт, чтобы не опоздать, будучи задержанным скопившейся толпой на узком мосту, нашёл новый путь к врагам : отягощённый оружием, и свалившись в воду, благодаря своему невероятному умению плавать, смог  добраться туда, куда было не добраться пешком. И когда другие были подзадорены его поступком, хилый мост провалился под напором скопившихся воинов. В результате этого, вместе с другими, оказался в воде и Абсолон. Но так как он был искусен в плавании, то,  вынырнув из воды, даже отягощённый оружием, принялся спасать тех, кто этим искусством не владел. В это время, славяне, так как их кораблей на всех не хватало, пытались спастись в бочках, но были захвачены преследователями, так как кружились на месте из-за их круглой формы. В силу такого необычного вида мореплавания, они вызывали великое сожаление среди своих и были осмеяны нашими. Так стали они помимо своего несчастия ещё и посмешищем.
После того, как город был захвачен, мужчины были убиты, а женщины схвачены и уведены. Некоторые пытались уговорить короля пленить и Отимара, но чтобы не запятнать славу выигранного сражения, бесславным пленением мужчины, он отпустил его невредимым, желаю лучше помиловать врага, чем повредить своему имени.
После этого король вернулся со всем своим войском тем же путём, что и пришёл; сначала к флоту, а потом и на родину.»


Нужны ли тут комментарии? Саксон Грамматик оставил настолько подробное описание, хоть и осложнённое несколько его манерой писать, что читается всё это скорее как исторический роман, чем как реальная хроника. Как видим, датские набеги христиан-цивилизаторов, мало отличались от монгольских опустошений.  Совершенно ни в какие рамки не укладывается своим полным отсутствием моральных принципов отлично прорисованная личность епископа Абсолона . Он принимает самое непосредственное участие в бойне с оружием в руках, он же разграбляет окрестные сёла, пока король занят осадой города, он не останавливается ни перед чем, идя на подлую интригу, обманывая короля(!), собиравшегося заключить мир, и именно он подстрекает воинов на убийства, грабёж и насилие. Примечательно так же, что епископ, сопровождавший короля для крещения язычников, об этой своей миссии, похоже, немного подзабыл. Крестить в этот раз никого не стали, да и кого им было стесняться? Настоящие цели таких походов и так были в то время всем ясны.

Но вернёмся к крепости. Археологические раскопки проводились здесь с  1956 по 1961 год. Археологи, проводившие их, едва поверили своим глазам – болотистая почва настолько хорошо сохранила огромную деревянную конструкцию крепости, что некоторые части они смогли составить заново прямо на месте!
 



Часть укрепления, составленная археологами из найденных частей.

 

Сохранность дерева была настолько хороша, что на основе многочисленных найденных частей удалось реконструировать крепость до мельчайших подробностей. Результаты своего исследования Евальд Шульд, раскопавший крепость Любинку,  подробно опубликовал в 1965 году.  Далее несколько схем и фотографий  из этого ценнейшего, богато и очень подробно иллюстрированного издания. Данные раскопок вплоть до мельчайших подробностей подтвердили рассказ Саксона. К сожалению, похоже, всё именно так и было. Найдены даже многочисленные серпы в районе, где мост подходил к крепости. Особый интерес представляет подробно реконструированная сложная конструкция крепости, требовавшая незаурядного, даже по современным меркам, плотнического искусства.




Крепостсть была построена из дуба. Конструкция насчитывает 6 параллельных стен, соединённых между собой специальными деревянными соединениями, в то же время каждая из стен была сама укреплена в земле. Промежутки между стен заполнены деревом других пород, землёй и глиной. Положение посреди озера, защищало её от применения метательных машин, сломать её с корабля или моста было практически невозможно, можно было только попытаться поджечь или брать штурмом.








Стоит обратить внимание на то, что мост подходит к крепости не по кратчайшему пути, а проходит некоторое время параллельно оборонительному валу. Такую конструкцию можно встретить у большинства балтийских островов-крепостей. Сделано это не случайно. Подходя к воротам, враги должны были повернуться своей правой стороной ( без щита ) к стрелявшим из крепости лучникам, либо взять мечь в неудобную руку. В случае Любинки, это преимущество было использовано оборонявшимися, чтобы вырывать у противника щиты, о чём писал Саксон.

 
Казалось бы, чрезпенянам было не отойти от такого удара. Но нет! Оказывается, на этом месте было две крепости. Шульдт пишет, что построена вторая крепость была непосредственно после разрушения первой. То есть, не пали духом, а, поскорбив, взялись за дело – рубить лес на новую крепость!
 

Вторая крепость.


Только оказывать сопротивление захватчикам не было уже ни сил, ни времени. Постоянно разоряемая врагами, некогда густонаселённая и богатая земля превращалась в пустыню. Следующий датский набег Саксон описывает в 1184 году : не успело вырасти и новое поколение. На этот раз грабил уже другой датский король – Кнут, и теперь уже вместе со своими вассалами – только что принявшими новую веру и власть руянами. Как видим, построена эта вторая крепость была гораздо более примитивно.





 
Ну, и напоследок ещё пара находок из крепости.
 

Те самые серпы, которыми защитники города вырывали щиты. Найдены на дне между мостом и башней.


Оружие оборонявшихся.


Посох с резьбой.


Изделие, названное археологами " резной головой коня".

...
К сожалению, в настоящее время уже совершенно ничего не напоминает в немецком местечке Behren-Lübchin об истории этих мест. После раскопок не сохранился даже крепостной вал. Тем важнее сохранить память о далёких предках!
Tags: история, славяне
Subscribe

  • Депрессия — болезнь разочарований

    Весна. Влажный воздух, принизывающий ветер, рождающий тревогу в душе Щемящее чувство одиночества, когда понимаешь, что на целом свете нет человека,…

  • Ахалтекинец

    В детстве посчастливилось увидеть ахалтекинца. Само совершенство! Породе 5000 лет, она считается эталонной.

  • Николай Гумилев — поэт-гусар

    Вспоминая Николая Степановича Гумилева (1886-1921) мы часто упускаем важную деталь его биографии. В Первую Мировую войну Гумилев воевал в составе:…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments