Слабинский Владимир Юрьевич (dr_slabinsky) wrote,
Слабинский Владимир Юрьевич
dr_slabinsky

Categories:

Географическая психология: Россия и Северный Кавказ, 3 часть

© Алексей Валерьевич Захаров, военный психолог, полковник, ветеран боевых действий, эксперт ЮНЕСКО по программам «Дети Чечни» и «Дети Беслана», директор спецпрограмм Московского центра защиты от стресса.
11.07.2012 семинар в Институте динамического консерватизма "Россия и Северный Кавказ: современное положение"


Ответы на вопросы 
С.А. Горяинов (Гражданский центр прикладных исследований). Если я вас правильно понял, финансирование бандподполья осуществляется в основном из-за рубежа. Хотелось бы уточнить, что именно за источники и какова цель этого финансирования? 
А.В. Захаров. В большинстве своем финансирование поступает из-за рубежа, но они все больше переходят на местный заработок. Сейчас в исламском мире своих проблем хватает, и денег они выделяют меньше, поэтому северокавказские бандподполья переходят на заработки, связанные с решением местных межклановых, межкриминальных вопросов. Цель финансирования таких формирований проста: Западу нужна перманентно существующая гражданская война. Вернее не сама война, война не может быть целью, им необходимо манипулирование военными факторами с цель ослабления России. Раз идет война, всегда можно в Россию пальцем ткнуть и сказать, у вас там права людей не соблюдаются, вытаскивать эти проблемы на европейскую парламентскую ассамблею, постоянно нас этим укорять, ставить условия, шантажировать. Одним словом, это инструмент политического давления.
Мы также не должны забывать, что Кавказ – это нефтяной регион. Вопрос собственности на нефтедобычу в Чечне так до сих пор и не определен – республиканская это собственность или федеральная. Кадырову хочется получить ее в республиканскую собственность. За то, чтобы он его не поднимал, ему многое предлагают. В частности, даже землю в районе Минвод. Узнав об этом, народ оттуда стал уезжать. Дагестан тоже можно рассматривать как трубу с выходом на Каспий нефти и газа. И существование там напряженности тоже определяет условия добычи, перекачки и переработки нефти. А значит – и уровень цен. 

С.А. Горяинов. Вы упомянули Мовлади Удугова как центральную фигуру в фокусе процессов обмена финансов и информации между подпольными бандформированиями в России и финансовыми источниками на Ближнем Востоке и на Западе. Но это фигура публичная. А как вы оцениваете нынешнюю роль Ходжи Нухаева? Его сейчас фактически нет в публичном пространстве, но в свое время он играл лидирующую роль. 
А.В. Захаров: Да, так было. Между нухаевским кланом и Яндарбиевым шла серьезная борьба за первенство. Нухаевых в этой борьбе здорово потеснили. Сейчас они занимают нишу, связанную в большей степени с решением криминально-экономических вопросов, не выходя на политический уровень. С ними считаются, но основной политической фигурой все-таки остается Удугов как наследник Яндарбиева. Вражда между Удуговым и Нухаевым остается и будет оставаться. Чеченский вопрос всегда связан с борьбой чеченцев между собой. Единого лидера у них не будет.
С.А. Горяинов. Я вспомнил Нухаева, потому что он в свое время был автором идеи разделения Чечни на горную и равнинную части. По его идее, в горной части должно было бы сохраняться традиционное общество, управляемое адатами, а равнинная часть была бы областью, куда имели бы право проникать цивилизационные механизмы. Я полностью согласен с вашим анализом, но меня удивила ваша оценка деятельности Кадырова. Вы утверждаете, что она полезна в нынешней ситуации, что его стремление возродить, сохранить, культивировать архаичное общество в Чечне позитивно. Но ведь это превращает ситуацию в бесконечный ужас!
А.В. Захаров: Вопрос в том, что мы к традиционному укладу относимся излишне скептично. Мы смотрим на традиционный уклад как на застывшую, неподвижную форму, которая была когда-то, а сейчас себя изжила. На самом деле, традиционный уклад, который существует на Северном Кавказе, очень мобилен в развитии и саморазвитии как схема, как общественная структура.
С. Горяинов. Но он в этом смысле и крайне опасен. Схожую ситуацию я наблюдаю в Якутии. Ты общаешься вроде бы с современным человеком, вы приходите к каким-то совместным договоренностям, но, на самом деле, за ним стоит некий центр принятия решений, который ты совсем не видишь. Хотя он обличен официальными государственными полномочиями, он в своей системе «младший», а за ним стоит кто-то «старший», а вот этого центра принятия решений ты, как правило, не видишь.
А. Захаров. Эту особенность просто надо знать. Ситуация с существованием публичных фигур и истинных лидеров одинакова для всех национальных сообществ на территории России. Надо просто четко выявить этот центр принятия решений и работать с ним. И это не так уж сложно. Публичные, выставленные для внешнего общения люди всегда корреспондируют с этим центром. А когда вы его выявили, в дело вступает такой важный принцип: «Не может старший разговаривать с младшим». А старший на противоположной стороне от роли старшего никогда не откажется, иначе потеряет лицо. Поэтому прежде чем идти на формальные переговоры с публичной фигурой надо достичь нужных договоренностей с теми, кто принимает решения. 
С.А. Горяинов. Но тогда мы выходим из принятого правового поля, и встает вопрос в принципе существования нашей страны в рамках действующей конституции.
А.В. Захаров. Для того чтобы решать вопросы, мы должны учитывать всю обстановку в целом, не только формальную, но и реальную. Надо сказать, что наша страна всегда существовала в таком конфликте и таком диалоге официального права и традиционного права. Избавиться от этого скоро нам не удастся.
С.А. Горяинов. В связи с этим хотел бы услышать ваше мнение по поводу идеи отделения Северного Кавказа от России и установления границы.
А.В. Захаров. Отделить Северный Кавказ от России – это все равно, что отрезать кусок России. Почему Северный Кавказ не Россия? Я занимаюсь подготовкой военнослужащих разных ведомств, которые отправляются для работы на Северный Кавказ. Человек, приехавший на Кавказ, должен уяснить для себя главное понятие: свой – чужой. Если ты хочешь чего-то добиться, на что-то повлиять, ты должен быть своим. А многие, кто туда едут, изначально определяют для себя эту землю и этих людей как чужих. Естественно, они получают адекватный ответ: от чужого чужому. Как вы понимаете, положительных результатов это не приносит. А надо помнить и знать, я с этого начал, что русские, славяне, на Кавказе были всегда, а мы про это забываем. Да, государственное присутствие там было начато с Ивана Грозного, но еще до Ивана Грозного там существовали гребенские линии, жили наши люди, казаки. Это место национального расселения русских. Сейчас национальные лидеры и национально-общественная элита этих республик поняла и определила для себя, что без русских денег не заработать. Для кавказца экономика – понятие абстрактное, там определяется просто: заработаю, не заработаю, выживу, не выживу. И фактор «без русских мы не заработаем» в общественном сознании кавказцев начинает складываться.
К.А. Кокшенева (журнал «Москва»). Позвольте с вашим последним утверждением не согласиться. Во всяком случае, история с интервью писателя Германа Садулаева, призвавшего понять, что сложившаяся фактическая моноэтничность Чечни – это большой вред самой Чечне, и жесткая отповедь, которую он получил от Кадырова, убеждают меня в обратном. Более того, когда мы в Гражданском литературном форуме встали на его защиту от начавшейся травли и написали письмо Лукину, тот нам ответил, что уполномоченный по правам человека в Чечне федеральному уполномоченному по правам человека не подчиняется. Ведь есть же другая, отличная от Кадырова, Чечня, и она должна иметь свой голос!
И в этой связи у меня такой вопрос: насколько важна сегодня на территории Северного Кавказа культурная составляющая? Мне стало известно, что сейчас этим занимается Филатов, у него есть большая программа, серьезное финансирование.
А.В. Захаров. Что качается Кадырова, то он не определяет настроения в Чечне и, более того, часто вступает с ними в противоречие. Вопрос в том, как на это реагирует наше руководство. Если оно позволяет это делать, значит, там считают, что так и надо. К позиции нашего руководства в Чечне присматриваются очень серьезно.
Если же говорить о факторе культуры, то в свободное от службы и работы время я еще и являюсь ответственным секретарем Российского лермонтовского комитета. И как специалист могу сказать, что культура для Чечни и Кавказа в целом – фактор очень важный. Когда начали проходить первые выборы в Чечне и люди только начали формировать свое отношение к федеральной власти, знаете, чьи портреты висели на избирательных участках в республике? Лермонтова и Толстого. Музей Толстого в Толстой-юрте абсолютно не пострадал за все время чеченской войны, хотя через Толстой-юрт война прошла вдоль и поперек. Директор музея – чеченец. Культура – это средство, которое позволяет не просто общаться, но сохранять то, что было, обучать этому, показывать, рассказывать. Если говорить о культуре, вернее – о культурах кавказских народов, мы вообще мало что о них знаем, про их отношения, культурные самоощущения. Одним из важнейших достижений культуры Чечни, например, является одна из лучших в мире медицинских школ, описанных и систематизированных. Это традиционная чеченская медицинская школа. Пирогов до того, как попасть на Крымскую войну, семь лет учился у чеченцев.
У нас, к сожалению, настоящей политики по отношению к Кавказу нет никакой. Столько времени прошло, а правильная политика так и не сформирована. Создали новый Северо-Кавказский округ, назначили его администрацию, поставили ей цель сформировать политику. Но как можно формировать политику государства России местными средствами? Смешно. Политика должна идти сверху вниз. Это говорит о том, что нет знаний того, что происходит на Кавказе.
Мне по роду деятельности приходится сталкиваться с людьми, хорошо образованными и занимающими серьезные посты как в военных, так и в административных системах, связанных с Кавказом. Я их всегда прошу назвать две фамилии, которые ассоциируются у нас с кавказской войной XIX века. Называют обычно Ермолова и Шамиля. А потом я их прошу объяснить, кто такой Ермолов и кто такой Шамиль. Про Ермолова говорят, что это покоритель и победитель, чья политика была на Северном Кавказе наиболее успешной. А про Шамиля говорят, что это предводитель чеченцев. Ни то, ни другое не является истиной. Шамиль никогда не был предводителем чеченцев, он их как раз усмирял, а Ермолов не победил. Интересно, что и Шамиль, и Ермолов написали книжки с одинаковым названием. Были «Записки Шамиля», они так и называются, и «Записки Ермолова». Единственный раз их издал в Российской Империи императорский генеральный штаб в начале XX века и вроде бы переиздали уже 1990-е годы. Переиздали, да не все прочитали. А стоило бы. Ермолов был уважаемым противником. Он был противником, врагом, но его уважали как человека. И даже против памятника, который сейчас стоит в Пятигорске, никто не возражает. Но никто сегодня не интересуется тем, как сам Ермолов оценивал свою деятельность. А он описал и свои ошибки, и свои успехи, и на этом материале учились уже его последователи Воронцов и Барятинский.

1 часть http://http://dr-slabinsky.livejournal.com/171000.html
2 часть http://dr-slabinsky.livejournal.com/171243.html



Tags: Захаров, РГО, психология безопасности, психология отношений, славяне
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments