November 19th, 2012

Эта многоликая романтика...

 - Романтика! - громко и презрительно сказал Пур Хисс и тут же съежился, заметив неодобрение зрителей.
- Да, настоящая романтика! - радостно воскликнул Дар Ветер (Иван Ефремов «Туманность Андромеды»).
.
  • Не так давно, листая какую-то глянцевую ахинею, я отметила, что прилагательное «романтический» употребляется в этом, а равно, как и в другом подобном же, издании столь же часто, как и осточертевшее определение «сексуальный». Но если с этими самыми сексуальностями всё и без того ясно, то в случае с романтикой всё куда как интереснее, сложнее, удивительнее! Ибо очень уж многоликое слово. По сути, романтика - это антипод пошлости, обыденности, примитива. Но в случае с той гламурной прессой, именно романтика начинает выступать, как синоним условного быдло-стиля, того самого простецкого понимания красивых отношений. Читаем, что предлагает пресса в качестве настоящей романтики.

    Итак, романтический ужин при свечах (свечи - обязательны!), признания в любвях под шампанское, лепестки роз, расбросанные по шёлковому - красному! - ложу, и - сладенько-долгое, под музычку, соитие. Пошлость? Ужасная. Брутализм на сеновале - лучше, чище и ближе к истине, то есть к природе. А шампанское и самодеятельный стриптиз при свечах - это нечто, вроде поддельных сумочек Louis Vuitton или белого свадебного платья на восьмом месяце беременности. Пошлость. Фи, девчонки! Но в журнале, имеющем аудиторию среди офисных барышень и скучающих домохозяек, это - и есть романтика. Это, ребята, как с духовностью. Что для одной эпохи духовность, то для другой - ровно наоборот.

    1960-е
  • Романтика 1960-х - свежий ветер, искренние девушки, покорение Вселенной...

    ...Моя мать, типичная шестидесятница (Хибины, лыжи, технический ВУЗ, Юрий Визбор, мини-юбка, Ernest Hemingway) не очень любит слово «романтика». Точнее, оно ей просто надоело в виду бесконечного, часто бессмысленного, употребления оного в 1960-е. Но я полагаю, что это от разочарования! Их поколение натолкнулось на Застой и увязло в «ковёрно-хрустальном» потребительстве. Другая часть шестидеятников ушла на кухни - петь свои песни без лишних свидетелей. Потом всё это закономерно перетекло в диссидентство и неприятие системы. А всё почему? Романтика оказалась призрачной и, как водится, непрочной. Бригантина разбилась о бытовые трудности, о Прагу-68, о желание быть не просто учёным, а - перспективным доцентом с соотвествующим окладом...

    И уже не споёшь: «А я еду, а я еду за туманом, за туманом и за запахом тайги...» В 1960-е было принято, модно, и - правильно ехать именно за туманом. Помимо того, что есть мода на вещи, существует и мода на поступки, на мысли, на смыслы. В 1960-х было именно модно быть романтиком, ибо романтик был антиподом мещанина, куркуля, который ценит вещи выше, чем идеи, а деньги любит больше, чем работу. А работа должна быть любимой, трудной и прекрасной-высокой-великой, как звёздное небо. Это тоже романтика, которая становится уже синонимом преодоления. Не любишь трудности? Не романтик. Любишь диван, газету и оладьи под бухтение телеящика? Мещанин. Девушка, вы оказывается не любите кибернетику? Прощайте.

    Collapse )

Братья Стругацкие RIP

Умер Борис Стругацкий, сообщает его друг депутат ЗакСа Борис Вишневский. Писателю было 79 лет. 
Источник http://www.fontanka.ru/2012/11/19/165/  

Будучи подростком, я зачитывался книгами братьев Стругацких - был очарован миром Полудня. Потом братья стали писать другие книги и я перестал их читать. Есть гипотеза, что писатели после смерти попадают в сотворенные ими Миры...