Слабинский Владимир Юрьевич (dr_slabinsky) wrote,
Слабинский Владимир Юрьевич
dr_slabinsky

Троян в «Слове о полку Игореве» (к проблеме толкования)

В «Слове о полку Игореве» четыре раза употреблено прилагательное «трояни» («трояня»), которое образовано, как полагает большинство ученых, от имени собственного «Троян»:
«О Бояне, соловію стараго времени! Абы ты сіа плъкы ущекоталъ, скача, славію, по мыслену древу, летая умомъ подъ облакы, свивая славы оба полы сего времени, рища въ тропу Трояню чресъ поля на горы!..»;
«Были вѣчи Трояни, минула лѣта Ярославля, были плъци Олговы, Ольга Святьславличя»;
«Въстала обида въ силахъ Дажь-Божа внука, вступила дѣвою на землю Трояню, въсплескала лебедиными крылы на синѣмъ море у Дону, плещучи, убуди жирня времена»;
 «На седьмомъ вѣцѣ Трояни връже Всеславъ жребій о дѣвицю себѣ любу. Тъй клюками подпръся о кони, и скочи къ граду Кыеву, и дотчеся стружіемъ злата стола кіевскаго».
Существует множество мнений о том, кто такой Троян, и как следует толковать приведенные выше темные места «Слова». Исследователь вопроса Л. В. Соколова классифицировала позиции ученых в энциклопедической статье1. Приведем эту классификацию с кратким изложением Соколовой наиболее авторитетных, по ее мнению, толкований:



«Все высказ. точки зрения можно условно разбить на пять направлений: историческое, мифологическое, абстрактное (или метафорическое), компилятивное, негативное. Каждое из назв. направлений представлено несколькими точками зрения. С учетом всего этого классификация точек зрения на Трояна может быть следующей:
I. Историческое направление, представители которого считают, что:
а) Троян — римский император Траян, царствовавший в 98—117 н. э. (Карамзин, Н. Ф. Грамматин, М. А. Максимович, Е. Е. Голубинский,Н. С. Державин, М. Н. Тихомиров, Б. А. Рыбаков, Н. А. Баскаков и др.);
б) Троян — рим. полководец IV в. Траян (А. Кухарский,А. С. Петрушевич — 1865);
в) Троян — реальное имя рус. князя, предполагаемого предшественника Игоря Рюриковича на киевском столе (А. Г. Кузьмин);
г) Троян — символич. прозвание одного из рус. князей. Называются: Рюрик (Петрушевич — 1886), Кий (В. Шевчук), Владимир Святославич (Н. Полевой, Д. Дубенский — 1844, О. Бодянский и др.), Олег Святославич (Н. Шляков), Святослав Игоревич (Г. Ильинский);
д) «Трояны» (не Троян!) — общее, собират. прозвание трех рус. князей-братьев, княж. триумвират. Называются: Кий, Щек и Хорив (Н. Костомаров), три сына Святослава Игоревича: Ярополк, Олег, Владимир (Дубенский — 1855), три сына Ярослава Мудрого: Изяслав, Святослав, Всеволод (Б. Греков, М. Приселков, С. Пушик);
е) Троян — символич. название рус. княж. «трехбратнего» рода (И. Забелин);
ж) Троян — прозвище антского князя Атиллы (Петрушевич — 1886);
з) Троян — имя полководца Олега Вещего — Труана, упомянутого в договоре с греками 912 (Н. Шарлемань);
и) Троян — певец князя Мстислава, живший в нач. XI в. (Р. Абихт).
К этому же направлению примыкают точки зрения, согласно которым прил. «трояня», «трояни» образованы от имени «Троянь» или «Троя» — это либо гомеровская Троя (П. П. Вяземский, А. Веселовский,Д. Иловайский, И. Новиков, Р. Пиккио), либо предполагаемая держава V в., объединившая три племени — полян, древлян и русь (Б. Яценко). Есть также мнение, что упоминаемая в С. Троя или Троянь это: древнее название Киева, Киевской земли и населявших ее полян (Шевчук); название города в земле торков, упоминаемое араб. географом XII в. Идриси, — ныне местечко Трояны возле г. Бердянска (так считаютР. Якобсон и М. Шефтель, С. Плаутин); искаж. «Тмуторокань» (О. Прицак).
II. Мифологическое направление, сторонники которого видят в Т. языч. божество, определяют функцию этого бога по-разному: его называют богом солнца (Е. Огоновский, А. В. Лонгинов, М. Пачовский, В. Щурат,Г. Карпунин — 1983, Я. Е. Боровский), богом луны (Вс. Миллер, Ю. М. Золотов), богом зимы (К. Я. Эрбен, А. Болдур), богом зла в зооморфном облике змея (Плаутин, Р. Манн), богом войны, покровителем воен. сил (Карпунин — 1978, А. А. Косоруков); кузнецом подземного металлич. царства, наподобие северогерм. альфов-ковачей (Ф. И. Буслаев), демонич. духом развалин, скитающимся по ночам и творящим зло (В. Ягич), царем ночи, погибающим от первых лучей солнца (Н. Квашнин-Самарин), духом тьмы, убегающим от солнца великаном-мраком (А. Афанасьев, А. Майков).
III. Абстрактное (или метафорическое) направление, сторонники которого видят в Т. либо некую метафору, абстрагируясь от той ист. или мифич. личности, которая лежит в ее основе (Миллер, А. А. Потебня, В. А. Яковлев, И. П. Еремин), либо эпитет (Д. Прайс), либо некое абстрактное понятие, напр. «троянь» — три особенности душевные: ум, чувство, воображение (М. Данилевский).
IV. Компилятивное направление, сторонники которого пытаются совместить две или даже три точки зрения на Т. Одни считают, что это обожествл. рим. император Траян, с именем которого связались некоторые мифич. сказания (Н. П. Дашкевич, В. Н. Перетц, Н. М. Дылевский, А. Вайан, О. Чебаев и др.), другие — что это обожествл. князь, рус. или слав. (Е. В. Барсов, Л. А. Булаховский, Лонгинов); Б. Гаспаров понимает под Т. в С. одновременно рим. императора и языч. бога, а Карпунин,А. П. Комлев и К. К. Белокуров — одновременно языч. бога и христ. Троицу.
V. Представители последнего, негативного, направления отрицают наличие в С. прил. «трояни», читая вм. него др. слова: «бояни» (Эрбен,Н. С. Тихонравов, Н. И. Маньковский, Я. Малашев, Е. Кагаров,С. К. Шамбинаго, А. К. Югов), «краяни» (А. Ф. Вельтман, А. Магнус); «Тмуторокани» (О. Сулейменов).
Остановимся на наиболее авторитетных толкованиях.
Сторонники «римской» точки зрения, видящие в Т. С. рим. императора Траяна, считают преимуществом своей гипотезы то, что она имеет ист. и материальные основы (ист. личность и сооружения на Балканах, носящие имя императора). Но трактовка с этой позиции четырех фрагментов С. и объяснение их поэтич. смысла не могут быть признаны безупречными, особенно в толковании «веков Трояна» и «седьмого века Трояна».
Под «веками Трояна» понимаются либо все века, прошедшие от 102, т. е. от покорения Дакии Траяном (Максимович), либо от II до VII или IX в., т. е. время от покорения римлянами Дакии до образования в VII в. слав. державы болгар и в IX в. Киевского государства (Державин), либо II—IV вв. — время от покорения Дакии до падения рим. владычества в Причерноморье под натиском гуннов и готов (Рыбаков). Седьмой век Троянов отсчитывается представителями данного течения либо от покорения Дакии Траяном (Максимович), либо от падения рим. владычества в Дунайской обл. (Державин, Рыбаков). Называть «Трояновыми» все века, последовавшие за II в., включая и XI в., как предлагает Максимович, совершенно неоправданно, получается нечто вроде новой, Трояновой, эры на том лишь основании, что в 102 была покорена римлянами Дакия. Точка зрения Державина неопределенна и непоследовательна. «Веками Трояна» он считает ист. отрезок от II до VII или IX в., а седьмой век Троянов отсчитывает от IV в., т. е. от падения рим. владычества «в Киевско-Дунайской области». Рыбаков, устраняя данное противоречие, называет «веками Трояна» время рим. владычества над слав. Причерноморьем (II—IV вв.), а седьмой век отсчитывает, как и Державин, от конца этого владычества, т. е., по Рыбакову, от конца «веков Трояних». Получается, что Всеслав действовал на седьмом веке после окончания «веков Трояних». Это невозможно по той причине, что «отправной точкой всякого летоисчисления является начало чего-либо, а не конец, ибо исчисляется время существования какой-либо величины», а не время, последовавшее за ее исчезновением (Карпунин. По мыслену древу. С. 153).
«Земля Трояня», согласно «римской» точке зрения, это либо Дакия (Максимович), либо Болгария (Тихомиров, Чебаев и др.), либо вся Римская империя (Рыбаков). Державин считал, что выражение «земля Трояня» — это «политическая характеристика Киевской Руси с целью поднять ее на высоту мировой державы». Под «тропой Трояней» подразумевается одно из сооружений на Балканах, носящее имя Т.: древняя дорога, пролегающая через Малую Валахию, от Дуная до Карпат, известная под именем «Via Traiani» — дороги Т. (Максимович и др.); «Tropaeum Traiani» — памятник в Добрудже в честь победы Траяна над даками (Державин); проложенная или использованная императором Траяном дорога через Балканский хребет, носящая имя Т. (Рыбаков). Ученые указывают также на древние валы на территории Болгарии, Румынии, Украины, носящие название Трояновых или Змиевых. По мнению М. Дринова, «тропа» — от болг. «трапа» — ров, вырытый вдоль Троянова вала на границе Дакии.
Исследователи, видевшие в Т. рус. князя или князей из рода Рюриковичей, вынуждены были при объяснении выражения «на седьмомъ вѣцѣ Трояни» истолковать слово «век» в том значении, которое ему не свойственно: либо в значении «год» (Приселков), либо в значении «колено, поколение княжеского рода», которые назывались также «степенями» (Петрушевич, Шляков, Ильинский и др.). Это последнее значение приписывается слову «век» на том основании, что оно означало человеч. жизнь, длительность человеч. жизни. Но значение «поколение княжеского рода» выводится из значения «человеческая жизнь» искусственно и приписывается слову «век» произвольно, к тому же в этом случае в тексте должно было читаться «на седьмомъ вѣцѣ по Трояне» или «на седьмомъ вѣцѣ от Трояна», т. е. от Рюрика, от Святослава или от Олега. «Земля Трояня» представителями данного течения толкуется как Русская земля, а «тропа Трояня» интерпретируется по-разному в зависимости от того, кто назывался Т.
Забелин выдвинул предположение, что Т. в С. — это весь «трехбратний» княж. род (легенды связывают с тремя братьями и основание Киева, и основание рус. государственности). Но эта точка зрения, удачно объясняя тропу, землю и седьмой век Троянов, трудно приложима к упоминанию о «веках Трояних».
Костомаров выдвинул гипотезу, согласно которой Трояны — это три полянских князя, основатели Киева: Кий, Щек и Хорив. Эта точка зрения приняла несколько иной поворот в работе Шевчука, который полагает, что Трояном мог называться Кий, старший из трех братьев, но прил. «трояни» во всех четырех фрагментах толкует, скорее, как образованное от имени собств. «Троя». Так, согласно приведенным Шевчуком свидетельствам, назывался в древности Киев и, вероятно, вся Киевская земля «на трех горах» и жившее на ней племя полян. Данная гипотеза, связывающая Трояна С. с основанием Киева и Киевской земли и предлож. еще в 1870, никогда не пользовалась признанием. Между тем она заслуживает самого внимательного рассмотрения, так как толкование с этой точки зрения Т. делает поэтич. смысл всех четырех фрагментов С. ясным и органично вписывающимся в основную идею С. «Земля Трояня» — земля Киевской Руси (Троя или Троянь), основ. троянами, т. е. тремя братьями, на трех горах. «Века Трояна» Костомаров объясняет как «древнюю священную старину народных преданий, воспетую Бояном», а Шевчук — как «время от начала до наивысшего расцвета Киевской земли, единой Руси, начало распаду которой положили времена Олега». Думается, однако, что «века Трояна» в С. — это начальные времена Киевской земли, время основания Киева, время «троянов» — Кия, Щека и Хорива. Это «начало» Киевской земли дважды сопоставляется с XI в. — «концом» единой Киевской Руси. Седьмой век Т. Шевчук предлагает понимать как седьмое столетие от основания Киева, который, по преданию, был основан в V или VI в. Можно, однако, понимать «седьмой» и символически — «последний», в таком случае Всеслав Полоцкий и Олег Гориславич как зачинатели княж. междоусобиц действуют на седьмом, последнем веке существования единой Киевской Руси — «Трояни» или «Трои». «Тропа Трояня» — путь полян из степей (полей) на Киевские горы под предводительством «троянов», трех братьев. «Рища в тропу Трояню» — значит «обращаясь к начальным временам Киевской Руси».
Из остальных точек зрения ист. направления упомянем еще гипотезу Вяземского, которую поддержал в наши дни Пиккио. По мнению последнего, прил. «трояни» образовано от слова «Троя» и означает «согласно манере троянской литературы». Но с этой позиции он толкует только выражение «рища в тропу Трояню» (т. е. воспевая князей по-гомеровски). Остальные три выражения он объясняет, исходя из гипотезы об упоминании в С. троянских событий, а не произведений о Троянской войне.
Сторонники мифол. направления считают, что Т. в С. — не ист., а мифич. личность, слав. языч. божество. Эта точка зрения основывается на упоминании двумя древнерус. памятниками языч. бога Т. и на сказаниях юж. славян о мифич. царе Т., погибшем от солнечных лучей. В XIX в. на мифол. точке зрения в истолковании образа Т. стоял Буслаев, а в XX в. ее основательно разработал Д. С. Лихачев. По мнению последнего, из текста С. следует, что «вечи Трояни» — это языч. века рус. истории, предшествующие векам Ярослава Мудрого, «земля Трояня» — рус. земля, «тропа Трояня» — божественные пути, по которым рыщет кудесник Боян, имеющий отношение к богам, «седьмой век Трояна» — последний век языч. бога Т., язычества в целом. Мн. исследователи пытались определить функциональную сущность бога Т. на основании южнослав. и рум. преданий о нем, данных рум. и рус. яз., балкан. и рус. топонимики.
Возражения против мифол. направления состоят в том, что Т. не считается гл., верховным богом славян, а следовательно, он не может олицетворять ни язычество в целом, ни последний век язычества. По той же причине, а также потому, что Т. не только рус. бог, его именем не может называться Русская земля. Кроме того, об XI в. нельзя говорить как о рубеже языч. и христ. периодов. Все современники Ярослава Мудрого (XI в.) определяют конец языч. поры крещением Руси при Владимире Святославиче в 988 (Рыбаков). При данной трактовке Т. возникает противоречие между хронологией «веков Трояна» и «седьмого века Трояна». В одном случае («были вѣчи Трояни...») получается, что века Т. предшествуют времени Ярослава Мудрого, а в другом случае («на седьмомъ вѣцѣ Трояни») века Т. захватывают и 60-е XI в., т. е. время после смерти Ярослава.
Представители абстрактного (метафорического) направления предлагают отказаться от выяснения того, какой Т. имеется в виду автором С. Они полагают, что прил. «трояни» употреблено в С. абстрагированно от сущности того древнего ист. или мифич. персонажа, который носил это имя, и использовано как метафора древности. Однако при толковании четырех фрагментов С. с упоминанием Т. они невольно подразумевают под ним ту или иную личность, ист. или мифич. Так, напр., Еремин в одном случае подразумевает языч. бога Т. (выражение «рища в тропу Трояню», по его мнению, характеристика Бояна как «вещего», нерядового человека), а в др. случае — рус. мифич. князя-предка («земля Трояня» — по мнению Еремина, земля русская, «вековое достояние князей русских»).»
Соколова отмечает, что «компилятивная» и «негативная» точки зрения не получили широкого распространения в науке и не пользуются признанием.

Мы хотим предложить свое решение проблемы, опираясь в той или иной степени на разные версии. (наш подход, таким образом, можно отнести к непопулярной «компилятивной» точке зрения). Но сначала выскажем следующее принципиальное утверждение:
Все выражения, в которых упомянут Троян, являются фразеологическими оборотами, значение которых не исчерпывается рамками «Слова».
Следовательно, мы должны методологически разделить задачу таким образом:
1.      Понять смысл данных оборотов внутри самого «Слова».
2.      Понять истоки их образования.
Кроме того, толкования должны пояснять не только каждый отдельный случай, но и не противоречить друг другу.
Итак, попробуем найти ответ для первого пункта. Сначала рассмотрим выражение «рыща в тропу Трояню». Можно сопоставить его с другими характеристиками поэтической манеры Бояна, («серым волком по земле, сизым орлом под облаками» и т.п.), а так же с приводимыми примерами «в стиле Бояна»:
Так бы пришлось внуку Велеса
воспеть песнь Игорю:
“Не буря соколов занесла
через поля широкие -
стаи галок бегут
к Дону великому”.
Или так бы начать тебе петь,
вещий Боян,
Велесов внук:
“Кони ржут за Сулой -
звенит слава в Киеве;
трубы трубят в Новгороде -
стоят стяги в Путивле!”
(пер. Д. Лихачева)
Нетрудно заметить, что этот стиль, в сравнении со стилем автора «Слова», пышен и витиеват, перегружен различными иносказаниями. Думается, в данном контексте и следует понимать оборот «рыскать в тропу Трояню». Он означает, видимо, путь далекий и долгий (м.б. весьма извилистый и запутанный). Такому пути подобен стиль Бояна. Автор «Слова» сразу «приступает к делу» («Начнем же, братья, повесть эту от старого Владимира до нынешнего Игоря»), начиная повесть без всяких околичностей, тогда как Боян долго бы ходил вокруг да около. Кроме того, Боян представляется как «соловей старого времени», а именно эти старые времена, очевидно, имеются ввиду, когда говорится:
«Были вѣчи Трояни, минула лѣта Ярославля».
Автор «Слова» противопоставляет свою новую манеру – старой, новые времена усобиц – старым временам, когда, по его мнению, существовало единство между князьями. Если понимать «вечи Трояни» как именно старые времена (например, времена образования и расцвета Киевской Руси – ср. точку зрения Костомарова и Шевчука), когда русские князья с честью побждали «поганых», то становится понятным и еще одно «темное место»:
«На седьмомъ вѣцѣ Трояни връже Всеславъ жребій о дѣвицю себѣлюбу».
Исследователями указывалось (см. выше), что «седьмой век» может означать «последний век», и именно в это последнее время, когда уже начинало рушиться единство между князьями, жил Всеслав Полоцкий и «метал свой жребий». Ранее автор указывает, что «крамола ковалась» Олегом Святославичем, современником Всеслава. Возможно, когда требуется противопоставить времена единства междуусобицам Олега, то о «веках Трояна» говорится в прошедшем времени. Всеслава же автор считает последним представителем этих славных веков, одним из тех, чьей славы лишились потомки:
            «Ярослава все внуки и Всеслава!
Склоните стяги свои,
вложите в ножны свои мечи поврежденные,
ибо лишились вы славы дедов.

Вы ведь своими крамолами
начали наводить поганых
на землю Русскую,
на богатство Всеслава.
Из-за усобицы ведь настало насилие
от земли Половецкой!
» (Пер. Д. Лихачева).
Остается истолковать четвертое выражение:
«Въстала обида въ силахъ Дажь-Божа внука, вступила дѣвою на землю Трояню, въсплескала лебедиными крылы на синѣмъ море у Дону, плещучи, убуди жирня времена».

Большинство исследователей считает, что «земля Трояня» – это либо Русь, либо Дакия или Болгария. Нам кажется, что в собственном контексте «Слова» так названа та земля, в которой потерпело поражение войско Игоря, а именно – «на синем море у Дона», «на бреге быстрой Каялы». А названа эта земля именем Трояна в том же смысле, что и «тропа Трояня» – ведь автор «Слова» говорит, что Игорь повел свои полки «на землю Половецкую, за землю Русскую», называет ее «землей незнаемой» и восклицает:

«О, далеко залетел сокол, птиц побивая, – к морю!».

Таким образом, «земля Трояня» понимается как далекое место, где произошло сражение, подобно тому, как «тропа Трояня» – далекий путь. Такое толкование вполне коррелирует с аналогичным значением эпитета относительно времени – далекие, прошедшие «вечи Трояни». Вероятно, таково наиболее общее значение всего «Троянского» в «Слове» (что согласуется с мнением Потебни). Если учесть, что Игорь не был первым, кто совершил поход в половецкую землю, но ему противопоставляется, например, Святослав, который «наступил на землю Половецкую, притоптал холмы и овраги, иссушил потоки и болота. А поганого Кобяка от лукоморья, из железных великих полков половецких, как вихрь исторг», то угадывается и такой оттенок «географического» аспекта: «земля Трояня» – не просто далекое место, но то место, где можно испытать себя и «шлемом испить из Дону», а можно и «голову свою сложить», следовательно, и «тропа Трояня» может пониматься не просто как далекий путь, но путь к испытаниям (отметим еще общую метафору сокола, побивающего птиц, которая характеризует как поход Игоря, так и поэтическую манеру Бояна – «тогда напускал десять соколов на стаю лебедей», т.е. поэта можно, в некотором роде, сравнить с полководцем). Однако, «путь испытаний» относится, скорее, ко второму шагу решения нашей задачи (исторические истоки «Троянских тропов»), к которому мы и переходим.

Здесь, как представляется, в той или иной степени правы одновременно многие исследователи, представители разных точек зрения. Вероятно, фразеологизм с именем Трояна имеет весьма глубокую смысловую перспективу. Основой служат какие-то мифологические представления о южнославянском боге Трояне (соответствующем Триглаву у балтийских славян). Известны сербские сказки о царе Трояне, который жил в своем Трояновом граде на горе Цене (ср. «земля Трояня» и «чрез поля на горы»), спускаясь каждую ночь в Срем к любовнице. Троян в сказке предстает как ночной персонаж, боящийся солнечного света, который может растопить его, а в другой сказке он казнит всякого, кто расскажет про его ослиные уши. Для нас тут важно именно упоминание об особенном месте пребывания Трояна и о том пути, который лежал в его владения. Очевидно, сказка донесла в редуцированном виде мифологические представления.

Во времена автора «Слова», а быть может и раньше, Троян мог представляться мифическим царем, великаном или богом, жившем в незапамятные времена и в какой-то дальней земле (наподобие «тридевятого царства»). Интересно, что лабиринт, представляющий собой запутанный путь к некоему сакральному месту (где живет, например, Минотавр), и где герой должен преобразиться тем или иным образом (обряды инициации, в которых герой вступал в битву, умирал и воскресал), называли нередко Троей. Приведем фрагменты статьи А. Голана из книги «Миф и символ»2:

«Для выяснения семантики лабиринта показательно … его название – «троя». Повсеместно в Западной Европе, там, где есть лабиринты, отмечено, что в народе они называются этим словом. На этрусском изображении лабиринта написано truya. Вергилий сообщает, что игры у лабиринта назывались у римлян "Троя". В Сербии есть народный танец троянка.

        Е. Краузе в своей монографии о лабиринтах сопоставляет его название «троя» с именем славянского божества Троян и высказывает мнение, что Троян - это демон преисподней, а лабиринт-троя - это крепость Трояна. В славянских сказках Троян - враг солнца, имеет три головы и крылья. Трехглавому Трояну соответствует трехглавый Драогха или Друйа персов (обратим внимание на сходство персидского Друйа и этрусского Труйа). Е. Краузе считает, что слова Троян и дракон являются вариантами названия одного и того же мифического существа…

Обращают на себя внимание многочисленные данные о том, что лабиринт считался крепостью или домом. В Дагестане лабиринт называли "крепость Хайбар", в Осетии - "дом Сырдона". Один из терминов, которыми называют дерновые лабиринты в Англии - bower; это слово имеет значение "жилище". Лабиринт считался крепостью у древних римлян. Египетский иероглиф, обозначавший понятие "дом", не похож на дом, но имеет лабиринтообразный извод. Американские индейцы называли лабиринт "домом Ткуну", а Ткуну - мифический персонаж, который вывел людей из подземного мира…

В публикациях о лабиринтах обычно упоминается рисунок на этрусской вазе с изображением всадников, выезжающих из лабиринта. На лабиринте написано "Троя" Почему лабиринт назван именем легендарного города?  В играх, устраивавшихся у каменных или дерновых лабиринтов, участвовали всадники или фигурировал деревянный конь. Сами же лабиринты носили название «троя». Конечно, не под влиянием Гомера. Троя - исконное название лабиринта и олицетворявшейся им мифической крепости. По-видимому, в поэме Гомера предание об осаде греками города в Малой Азии смешалось с популярным мифом, и поэтому город, который в действительности назывался Илионом, прозвали Троей.»

Остается только высказать предположение: не к древнейшим ли обрядам, связанным с лабиринтом, восходит и Троян «Слова»?

Не исключено, что на древнее значение наслоились позднейшие ассоциации, например, оборот «тропа Трояня» мог действительно применяться к «Via Traiani», или «Траяновым валам», т.е. связываться со временами Римской империи – это никак не противоречит мифологическому толкованию, поскольку в исторической перспективе слова и обороты обогащаются самыми разнообразными оттенками смысла, тем более, что бывает и обратное переосмысление – могла забыться сама принадлежность римской дороги и валов римлянам (ведь называли же валы Змиевыми), и эти сооружения стали приписываться мифическому герою, или же римский император слился в один образ с мифическим царем. Все эти варианты вероятны, и вряд ли сегодня можно достоверно определить, какие из них действительно «сработали» – возможно, что все. Ко времени же создания «Слова» первичный мифический смысл, скорее всего, уже потерял актуальность, бытуя в сильно ослабленном виде (как и исторический – времен Рима). Выражения, вроде «тропа Трояня», «земля Трояня» или «вечи Трояни» воспринимались как метафоры далекого пути, дальней земли, куда воины отправлялись на опасные испытания, или древних славных времен, когда жили мудрые князья – воплощения Трояна (здесь негативный оттенок, если он имел место, мог обратиться в позитивный у самого автора «Слова», либо в общеупотребительном поэтическом лексиконе, или же в повседневной речи). В таком качестве они и были использованы древним поэтом.

Итак, в нашем толковании мы не выдвинули каких-то принципиально новых точек зрения, но попытались примирить сразу несколько имеющихся, стараясь только распределить их гармоничным образом. Надеемся, что попытка оказалась небезуспешной.

(C) Константин Юдин, 4.11.2004.  http://ec-dejavu.ru/t/Troyan.html    


1.        «Троян в «Слове» – «Энциклопедия «Слова о полку Игореве». В 5 т. / Рос. акад. наук. Ин-т рус. лит. (Пушкин. дом). СПб.: Дмитрий Буланин, 1995.
2.  А. Голан. Миф и символ. М., 1993, с. 125-131.


Tags: Русь, Юдин, архетипы, символизм, славяне, традиция
Subscribe

  • Николай Гумилев — поэт-гусар

    Вспоминая Николая Степановича Гумилева (1886-1921) мы часто упускаем важную деталь его биографии. В Первую Мировую войну Гумилев воевал в составе:…

  • Весна идет!

    «Яблони в цвету — весны творенье. Яблони в цвету — любви круженье». Окрестности Алматы. Цветение яблонь в предгорьях…

  • Мысли вслух...

    Посолонь движется арба, Красным языком по небу шоркаю, Время умерло - чтобы я мог родиться. Владимир Слабинский

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments