Слабинский Владимир Юрьевич (dr_slabinsky) wrote,
Слабинский Владимир Юрьевич
dr_slabinsky

Со школьным образованием в России нужно что-то делать, срочно!

«Из мировых очагов культуры он,

кроме Москвы, знал только Киев, Мелитополь и Жмеринку.

И вообще он был убеждён, что земля плоская».

Илья Ильф и Евгений Петров «Золотой телёнок».

В начале осени мы всегда вспоминаем о Дне Знаний - о том, что «школьные годы – чудесные», а «книга – лучший подарок». Помимо прочего, мы – в сотый раз - браним пресловутый ЕГЭ, который, как все уже поняли, хорош только для детей с цепкой памятью и полным отсутствием воображения. Правда, забрезжил луч света – вернули традиционное выпускное сочинение, видимо, поняв, что грамотный человек всё-таки должен сносно излагать свои или хотя бы чужие мысли, а не просто пытаться угадать в тестовом задании, кто же был главным действующим лицом поэмы «Евгений Онегин». А ещё всех волнует вопрос – нужна ли современной школе воспитательная функция? Достаточно ли учителю давать сухое знание о склонениях-спряжениях, пассатах-муссонах, а также незатейливо отвечать на вопросы: «Зачем аборигены съели Кука?» и «Кому на Руси жить хорошо?» Так, может быть, надо, чтобы он граждан воспитывал, а не маргиналов-потребителей?

Но школа – это отражение нас самих. Всё, что в обществе, то - и в классе. Ребёнок живёт не в вакууме, да и учитель точно так же ездит на общественном транспорте, листает прессу, ходит в кино и тусуется по вечерам в Инстаграме. Ребёнок живо считывает настроения, вкусы - если мама с папой всё ещё регочут над идиотскими пассажами из Comedy Club, а главной темой их разговора является воскресный шопинг в «Ашане», то какой спрос с дитяти? Он тоже будет мыслить категориями «30 процентов скидка» и «был в Италии – запомнил аквапарк». Можно сделать систему образования элитарно-заумной – нагрузить подростка философией – лингвистикой – квантовой механикой, и потом ещё устроить коллоквиум. Что толку, если придя домой, школьник включит телеящик и упрётся в «Реальных пацанов» с «Универом», а потом узнает от приятеля по Фейсбуку, что модно быть бисексуалом да «гламурным фашистом»?

Зарисовка нравов: молодая пара беседует перед просмотром фильма «Поддубный». Выясняется, что девушка понятия не имеет, кто это такой. Она-то решила, что сие – очередное фэнтази про существо, обитающее …под дубом. Нечто, вроде небезызвестного голливудского Шрека. В общем, есть домовые, а есть – поддубные. Юноша терпеливо объяснил своей даме, что на экране – великий русский борец. Увы, младая фемина не была готова к столь витиевато-сложному повествованию - очень скоро ей сделалось скучно, поэтому смолотив положенное вёдро попкорна, она шумно выдохнула: "Не могу больше смотреть эту ерунду - он то молодой, то старый". То есть для барышни, которая уже давно вышла из дошкольного возраста, подробная композиция – со скачками во времени – оказалась неподъёмно-сложной.

Помните, как мы в советские времена смеялись над незамутненностью западных обывателей с их комиксовым сознанием, глянцевой прессой и прочим криминальным чтивом? Мол, не знают дат жизни своих раскудрявых Людовиков. Баранами глядят на романскую архитектуру. Понятия не имеют, что такое фашизм и чем он опасен. Так, живут бесполезными растениями - мотаются по супермаркетам и жрут попкорн во время киносеанса. Теперь мы наблюдаем всё тоже в наших широтах. Буржуазная civilization нас-таки настигла и – нокаутировала. Жертвами стали не токмо дети-подростки (ах, простите – тинэйджеры), но и взрослые, состоявшиеся люди, которые когда-то могли даже Альбера Камю осиливать, а сейчас им уже Агата Кристи представляется старомодно-унылой и нечитабельной. Сложной. Но сложностей наш «дивный новый мир» (совсем по Хаксли!) как-то не очень любит.

Так вот. Следует начинать не со школы, а с общества в целом, с родителей и старших братьев – они, конечно же, великолепно разбираются в коучинге и объёмах продаж, но, увы,не дотягивают до среднего (очень среднего!) уровня интеллекта. Деньги считать умеют, а над фразой «…февраль - достать чернил и плакать» - зависают в растерянности, ибо там дальше ещё страшнее: «Пока грохочущая слякоть весною чёрною горит». Комиксово-приземлённое, рационально-менеджерское чутьё не считывает нюансов – слякоть не может грохотать, а весна – вовсе не чёрная, а как в каталоге «Весна-Лето» - бирюзово-лазурная, только что от Max Mara.


Когда-то очень давно, в стародавние советские времена фантасты (вот же наивные!) полагали, что с развитием передовой техники мозг человека будет тоже развиваться. На деле мы видим совершенно иную картину – гаджеты на грани фантастики (и даже круче!), а мышление все площе и всё проще. Игра слов потеряла всю остроту – люди en masse не понимают тонкого юмора – недоумённо хлопают глазёнками и пожимают плечами. «Чего сказать-то хотела?» Когда на реплику-цитату «пропал калабуховский дом!» мне ответили:«кто пропал?», я поняла, что пропали мы все. Характерный пример – комментарии под выложенными в Интернет программами «Вокруг смеха». «Это что – типа юмор?!», «В Совке даже шутить запрещалось – какую-то ерунду гнали под видом ‘комического’», «Даааа, юмор был грустный, несмешной. Ещё бы с голодухи не пошутишь особо» и так далее. Замечу, что эту популярную телепередачу в 1970-1980-х годах преспокойно смотрели и академики, и работяги, и школьники любого возраста. Юмор был понятен, он не казался ни сложным, ни странным. Просто он был рассчитан на определённый уровень знаний. Смех же нынешний – это тупо-ублюдочный набор сальностей «про секс» или же – вечные шутки с летящим в рожу тортом. Как толерантно выразился один мой знакомый:«Юмор для нижних чакр».

Да. Сейчас издаётся много книг, включая те, о коих мы и помыслить-то не могли в своей юности – хочешь Олдосом Хаксли восторгайся, хочешь – Борисом Вианом. Не нравится? Обложись книгами по русскому космизму или стань фанатом античной трагедии – всё есть, только протяни руку. Ан нет. Количество не перешло в качество. Ну его, этого Хаксли и тем более – Виана. Мы любим то, что попроще, посмешнее, вроде скандальных расследований и ток-шоу в прямом эфире со звездой N - уж на этот раз она беспременно расскажет, почему её бросил пятый по счёту супруг и сколько денег он при этом вынес из дома.

Можно выспренно критиковать Министерство Образования, а также господина Ливанова – лично. Воз будет и ныне там. Вы всё ещё ужасаетесь тому, что школьники ничего не знают о Блокаде Ленинграда? Вы, скорее всего, не в курсе, что взрослые дяди и тёти на полном серьёзе задаются вопросом: «А зачем вообще был нужен этот подвиг?!» Вы ругаете сына за недочитанную «Войну и мир»? Слазьте в свою сумочку и нащупайте красочную книжонку Дарьи Донцовой. Если вам не хочется ничего умного и сложного, то с какой стати ваше чадо будет рассуждать как-то иначе?

Вы вправе поспорить, сказав, что не все такие – даже гении имеются! Гении – вообще ни при чём. Они появляются по воле Божией и развиваются в любой среде – она им не помеха. Только вот человечество не может плодотворно функционировать без крепкого «среднего уровня», без умных исполнителей, которые, по словам, братьев Стругацких,«…просто честно работают там, где поставила их жизнь. И вот они-то в основном и держат на своих плечах дворец мысли и духа. С девяти до пятнадцати держат, а потом едут по грибы». Сейчас мы наблюдаем кризис того самого «среднего уровня» - очень умные и очень глупые во все века существуют независимо от общественного строя и наличия (отсутствия) качественной системы образования, тогда как рядовой сапиенс, на котором, собственно, и зиждется цивилизация, остро нуждается в стимулах. Он ничего не считывает из Ноосферы – он не Леонардо и не Циолковский. Ему нужен положительный пример, многажды повторенный и закреплённый.

Вспомните, как представляли в советском искусстве типового шалопая – троечника, типичного дворового мальчика. Он лежит на крыше или же сидит на любимой голубятне с томиком Фенимора Купера и мечтает стать индейцем. Или – прогуливает школу, изобретая какой-нибудь перпетуум-мобиле. Он – вечный Д`Артаньян и Айвенго, космонавт и путешественник, изобретатель и вождь племени. В детской фантастической повести Радия Погодина «Шаг с крыши» школьник Витька Парамонов сетует на то, что слишком поздно родился. Не время для красивых подвигов! «А если бы совсем раньше родился, я с д'Артаньяном бы... Я бы, может, сам д'Артаньяном сделался. Шпага в одной руке, пистолет однозарядный в другой, на голове шляпа с пером. Кони подо мной падают, а я вперед скачу. Ура!» Замечу, что по сюжету Витька – типичный троечник, середнячок, да ещё и сын простого рабочего с Кировского (Путиловского) завода. Так сказать, «академиев не кончали».

А теперь вспомните, как в СССР изображали работяг - всевозможных монтажников-высотников, лесорубов и таёжных поварих. Вот, например, в кинофильме «Высота» пролетарий Пасечник поёт песни на стихи Дениса Давыдова, а великовозрастному ученику Савченко из «Весны на Заречной улице» непременно хочется узнать, что означает блоковская фраза «утончённость мечты разлюбив…». А всё почему? В обществе – культ образованности. Если уж любить, так строгую учительницу, которая обожает музыку Рахманинова и держит на комоде фотографию того самого поэта А. Блока. Персонажи «Большой перемены» - тоже рабочие и тоже стремятся. Их идеал – молодой учитель Нестор Северов. Он – тот, за кем надо тянуться. Вы скажете: «Ну, это кино!» Да. Кино. Не «Яйца судьбы» и не «Ёлки-3», и не упрощённый до символа (хотя и качественный) «Поддубный», а именно «Большая перемена». Смысл названия - не банален. Это не просто перерыв между уроками, но перемена, как трансформация, изменение к лучшему. Люди в кадре переменились - стали умнее и выше. Подавляющему большинству для развития и созидания важен «общий фон», мода на…, актуальность идеи. Если в кадре сотрудник статистического управления читает стихи Пастернака, а его начальница сходу узнаёт автора, стало быть, у зрителя возникает чёткий образ «типового современника». А если мы видим бесконечную «блондинку в шоколаде» или стреляющих пацанов, то… Результат очевиден.

В середине 1980-х всё в той же передаче «Вокруг смеха» юморист-сатирик (к сожалению, я не помню, кто именно) читал монолог на тему «Да разве мы в ваши годы были такими?» Автор моделирует ситуацию недалёкого будущего. Некий дедуля говорит своему внуку: «А я в твои годы уже прочел и Дрюона, и Пикyля, и Юлиана Семенова». А ещё – гонялся за альбомом художника Тициана, дабы обменять его на пластинку Адриано Челентано. Зал – ревел от хохота. Ещё бы – Пикуль, Семёнов и Дрюон считались невыносимо-простецким pulp-ом, чтивом для тех, кто едва умеет складывать буквы. Сюда же относились приключения шикарной Анжелики, которыми зачитывались девушки-телефонистки, продавщицы и парикмахерши. Предполагалось, что умные, широко образованные женщины предпочитают Марину Цветаеву и Жан-Поль Сартра, и, кроме того – журнал «Иностранная литература», где непременные Маркес и Лорка.

То есть подразумевалось, что прочесть романы Дюма и Дрюона, а также выучить фамилию Тициан способен любой забубённый троечник. Хитросплетения интриг времён Фронды (это я о первом томе «Анжелики»!) – сие удел тёти-Маши, работающей в пивном ларьке «на разливе». Романы Ги де Мопассана считались доступным для самого примитивного мышления чтивом «про это», а помимо всего прочего, о быте и нравах буржуазии эпохи турнюров и грюндерства. Умненьким доцентам в этом случае полагалось искать любовную (на грани!) лирику вагантов или заговаривать о «Декамероне» Боккаччо (дореволюционные издания имелись в питерских букинистических отделах!).

Театр – непременно! Для умных – «Гамлет» в «Таганке», для зрителя попроще – «Женитьба Фигаро» в Театре Сатиры. Считалось, что знать и понимать Пушкина может даже учащийся специализированного учебного заведения для умственно-отсталых, в просторечии – школы дураков или ШД. Современные же родители слёзно сетуют, что их дитяткам очень сложно постигнуть фразу «…любимец ветреных лаис, прелестный баловень Киприды». Тарабарщина, в которой до конца ясно только слово «любимец», да и то всё время хочется исправить на более удобоваримого «любовника».

Кто-то из вас, конечно, скептически хмыкнет, вспомнив отрывок из рассказа Николая Лескова: «Мои господа, англичане, давали в этом зале квартеты из Гайдна, на которые в качестве публики собирали всех служащих, не исключая нарядчиков, конторщиков и счётчиков. …Мне они откровенно жаловались, что им нет хуже, как эту гадину слушать». Мол, кому Гайдн – гадина, тому и доказать ничего нельзя. Так тупеньким и помрёт. Это если годами втюхивать смешное-простенькое, а потом – с разбегу врубить Гайдна. Высокое и сложное постигается исподволь, постепенно, а вот глупое, крикливое и яркое – за один присест. Помните? Как-то раз великий Сократ встретил гетеру Каллисто, которая ему вполне откровенно сказала: «Если я сейчас позову твоих учеников, они перебегут ко мне. Не веришь?», на что мудрец ответил: «Охотно верю. Ведь ты тянешь их вниз, а я - вверх. Моя задача значительно труднее». Гайдн без подготовки тоже не прокатит (в отличие от хита-нетленки «О, боже, какой мужчина!»)

Итак, «средний уровень» перестал быть, собственно, средним. Да. Есть дети-индиго и папы-академики. Но. Можно вырастить талантливейшего математика, но что он будет делать со своими формулами без грамотного, хотя и не гениального инженера? А без умелого исполнителя-рабочего? Того самого, который понимает, как всё это работает. Помните Гошу из культовой саги «Москва слезам не верит»? Без его умений не мог обойтись ни один доцент. Можно отыскать драгоценную жемчужину – талантливого поэта. Но вальяжный издатель, пересчитывая барыш от «иронических детективов» и «фантастики постапокалипсиса», лениво процедит: «А на хрена нам поэзия-то? У нас тут Серебряный Век что ли? Нам бы с теми Бальмонтами разобраться, а вы нам новых суёте! Вот когда он напишет эротический триллер с кровищей и разоблачением Берии – тогда о`кей». Как известно, писатель - ничто без читателя, а если потребитель книжной продукции ничего умнее Донцовой всё равно не переваривает, то и правда – на хрена нам поэзия? А ведь не так уж давно, году этак в 1965-м, поэты были кумирами толпы. Именно толпы, а не горсточки ценителей. Ценители есть и теперь, но вот куда ушла «толпа»? Ага, вот именно. Будь проще, и люди к тебе потянутся!

Разумеется, дурак, любящий яркое и вульгарное – хороший потребитель и усердный шопоголик (от слова «шопинг»). Умный невыгоден – он лучше книжку почитает в уголке или арию послушает (пусть даже и «Арию!). Но не раскрученную попсу и не вездесущий шансон – этот музыкальный комментарий к Уголовно-Исполнительному Кодексу. Денежным мешкам дурак архи приятен – хавает, лопает, да похваливает. Несёт свою копеечку. Потому и пестуется обществом потребления. Удобно это и креативным либералам-умникам – на фоне жующего «быдла» любой из них – Шопенгауэр и Дюрренматт в одном флаконе. Кто в проигрыше? Государство. И мы с вами. Очень не хотелось бы дожить до того момента, когда мы окончательно окажемся в антиутопии Хаксли: «И был некто, именовавшийся Шекспиром. Вас, конечно, не обременяли всеми этими наименованиями…» А вы говорите – школа не та, дети тупые растут… С себя надо начать.

(С) Галина Иванкина: Ниже среднего http://zavtra.ru/content/view/nizhe-srednego/


_______________________________________________________

P.S. Министр образования РФ Дмитрий Ливанов: Считаю, ставить оценку за грамотность не нужно. Это сковывает, человек боится сделать ошибку и пишет совсем не так, как мог бы или хотел. (С)

Tags: Иванкина, Петербург, Россия, Сенная площадь, инферно
Subscribe

  • Ахалтекинец

    В детстве посчастливилось увидеть ахалтекинца. Само совершенство! Породе 5000 лет, она считается эталонной.

  • Тобик

    Мою первую собаку звали Тобик, еще в детстве. Это была небольшая лохматая дворняжка. До сих пор помню радость, когда утром с крыльца кричишь:…

  • Весна идет!

    «Яблони в цвету — весны творенье. Яблони в цвету — любви круженье». Окрестности Алматы. Цветение яблонь в предгорьях…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments