Слабинский Владимир Юрьевич (dr_slabinsky) wrote,
Слабинский Владимир Юрьевич
dr_slabinsky

Categories:

Они не вернулись из боя или на игле войны... (продолжение)

ПРИВЫЧКА УБИВАТЬ

Увы, только у нравственной личности ПТСC выливается в депрессию, и его разрушительная сила обращена внутрь, на самого себя. В половине случаев он принимает форму вспышек агрессии, направленной на окружающих. Статистики преступлений, совершённых ветеранами недавних войн (от Афгана до Чечни), не ведёт никто. И вряд ли она появится – слишком многие в этом не заинтересованы. Тем более, что только в ЖХ-385/5 – мордовской колонии для бывших сотрудников правоохранительных органов и солдат внутренних войск – таких ветеранов 146 человек. Целая рота бывших снайперов, разведчиков, командиров отделений и расчётов, пулемётчиков, гранатомётчиков, миномётчиков, оперативников и сапёров. Чечню прошли 76 заключённых, Таджикистан – 10, Нагорный Карабах – 14, Абхазию – 7, Северную Осетию и Ингушетию – 13, прочие горячие точки (Тбилиси, Баку, Южную Осетию, Москву-93 и т.п.) – еще 18 человек. Из них 42 награждённых – ордена Мужества, Красной Звезды, медали. Колония строгого режима, попадают сюда за тяжкие преступления. Убийства, разбой, похищение людей. И срок редко у кого меньше семи лет.

"Примерно половина из них с опытом неоднократных убийств. Один мне признался, что 23 человека погубил. Все эти заключённые наверняка страдают ПТСС. Для лечения нужны лекарства, которых у нас нет. Остается одно – добрая беседа. Я скорее шаман, чем врач", – говорит Николай Ялышев, врач-психиатр, начальник медицинского отдела колонии. Сюда свезены серьёзные, отчаянные преступники. Ведут себя спокойно. Каждый понимает, что, "отмочив любой зехер", он может смертельно разозлить другого такого же психа. Странная хворь – чеченский синдром. Обостряется, когда поблизости есть тот, кого можно третировать. А попадет иной синдромщик в компанию себе подобных – и куда что девается. Сама деликатность и предупредительность.

Вот снайпер по профессии, 28-ми лет. Убивать людей его научили еще на срочной – в разведбате на таджикско-афганской границе. Шесть командировок в Чечню в составе курского ОМОНа, еще несколько выездов с другими отрядами. Награжден орденом Мужества. Привёз с войны целый арсенал – на продажу. Первого же должника убил. Из приговора: "Раскаивается, но считает, что потерпевший своим неприличным поведением заслужил смерть". Десятилетний срок он, по снайперской методике, мысленно разбивает на короткие отрезки. Идя на убийство, Снайпер знал, что сядет. По его словам, в Чечню ехать больше не хотел, а на воле места не было. Зона нравится. Дисциплиной и совершенно новой наукой выживания. Снайперу даже интересно. "Я прирождённый солдат, – серьезно говорит он. – У нас не принято копаться в себе. И в Чечне я воевал не за Родину, не за деньги, а потому что мне там было интересно – ведь за чеченцев сражались профессионалы, снайперская элита со всего мира!"

Кавалер ордена Мужества, герой Будённовска Ю. Богдаш сидит за похищение ребёнка: увез мальчишку в Чечню и требовал выкуп. Чтобы накормить своего ребенка, украл соседского.

Десантник, устроившийся работать охранником, получил 7 лет за "сражение" с мелкими хулиганами. Пьяная компания попросила чего-нибудь на закуску, вели себя развязно. Сашке показалось: враги напали на вверенный ему объект. Дрался, как лев, взял "пленного". Связал, посадил в сарай и потребовал контрибуцию – а что он ещё умел делать?

Все последние годы газеты пестрят заметками о криминальных последствиях посттоталитарного стрессового синдрома: в посёлке Степанцево Вязниковского района Владимирской области двое контрактников – чеченских ветеранов – одному земляку отрезали оба уха, второго забили насмерть в его собственном доме.

В Санкт-Петербурге милиционер А.А. Николев без всяких оснований застрелил одного студента и тяжело ранил другого. На вопрос: "Чем вы занимались во время командировки в Чечню?" – ответил: "Тем же самым".

26-летний ветеран Чечни в поселке Надвоицы Сегежского района зарезал троих. Первое убийство произошло в ходе перепалки в подъезде пятиэтажного дома. На крик выбежал сосед убитого, который также получил смертельное ножевое ранение. После этого нападавший отправился к выходу и на беду встретил в подъезде 75-летнюю пенсионерку, возвращавшуюся домой. Женщина спросила, что за шум был наверху, и вместо ответа получила удар ножом. На первом допросе он пояснил, что немотивированные вспышки гнева наблюдаются у него после боевых действий на Северном Кавказе.

Другой "экс-чеченец", бывший милиционер, придя за справкой в отдел кадров, зарезал служащего, работа которого ему не понравилась.

Попав в зону, все эти "прирождённые воины" ведут себя на удивление прилично. Строгий режим, жёсткое окружение, автоматчики на вышках помогают им держать себя в руках. Зато после освобождения выбор у них будет невелик: незаконные вооруженные формирования, организованные преступные группировки или новый срок за машинальное убийство невоздержанного на язык собутыльника. Обратно в зону, к милой сердцу дисциплине, суровому режиму и ежечасному чувству опасности.
ОНИ НЕСУТ К НАМ ПЫЛЬ ВОЙНЫ НА СВОИХ САПОГАХ

Погром на железнодорожной станции в Ульяновске устроили контрактники, возвращавшиеся спецэшелоном из Чечни. Разгромили коммерческие павильоны, набрали сигарет и водки. Двоих местная милиция задержала. И тридцать ребят из разведроты кинулись "в бой" – освобождать "из плена" боевых товарищей. Привыкшие к "зачисткам", они и на мирной земле готовы с лёгкостью прибегнуть к мародёрству, грабёжу, расправам с непокорными, будь то хоть местные власти.

Ориентировка о погроме в Ульяновске была отправлена вперёд по ходу поезда, и на станции Юдино мятежный эшелон агрессивных, пьяных ветеранов (около 600 человек) встретили милиция и войска. Боевых действий удалось избежать только потому, что контрактники увидели: город готов к бою с ними.

– На этот раз обошлось. Но эшелоны будут идти и идти, – так прокомментировал событие руководитель воинского подразделения, просивший не называть его имени. – Солдаты едут с войны. Они научились стрелять, перешагнули моральный барьер "не убий". Они могут быть социально опасны. Кстати, среди контрактников есть и ранее судимые. Ведь кто идет служить по контракту? Ребята, которым нравятся сила, оружие, а по большому счету некоторым из них даже нравится убивать. И нравится идея добычи денег силой. Они уже "подсели" на войну, как наркоман на иглу, ловят от неё кайф. Так что нам ещё аукнется Чечня. Общество само должно обезопасить себя, вернуть их в мирную жизнь. Война есть война. Конечно, для психики её действие разрушительно. Как специалист я знаю: больше восьми-девяти агрессивно настроенных человек нельзя держать вместе. А когда едет целый эшелон – шестьсот человек! Считайте, что бомбу через всю страну везли. На этот раз обошлось…Но ведь эшелоны солдат будут один за другим возвращаться с войны.
* * *

Вот некоторые организации, где пытаются помогать ветеранам военных действий: Санкт-Петербургский Институт Позитивной Динамической Психотерапии и Психологии Отношений, центр реабилитации воинов "Русь" (Подмосковье), Институт психотерапии и консультирования Гармония, Нижегородская областная организация "Ветераны Чеченского Конфликта", Новосибирское общество "Обелиск", В Краснодарском крае – организация "Матери Кубани". В Ростове-на-Дону работает Союз "Женщины Дона". Участники локальных военных конфликтов из Перми и близлежащих городов могут обратиться в областной центр социально-психологической адаптации "Социум-плюс" и др.
***
по материалам Марины Ивлевой, газета "Владивосток" и Екатерины Колесовой, "Terra incognita"

источник: http://www.positum.ru
Tags: ПТСР, СМИ, психотерапия, статьи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments